Кутилы (1965)

Фильм построен как антология из трех коротких новелл, каждая из которых вращается вокруг одного неожиданного для такого сюжета объекта — обычного городского уличного фонаря. Несмотря на кажущуюся простоту завязки, каждая история раскрывает характерные для европейского кинематографа середины 1960-х иронию, тонкий юмор и размышления о случайностях, которые меняют жизнь обычных людей. В первой новелле под названием «Закрытие» фонарь, установленный над входом в местное бордель, демонтируют по решению городских властей, что приводит к неожиданным последствиям для всех, кто frequentовал это заведение. Во второй части «Процесс» тот же самый фонарь становятся невольным участком кражи: вместе с ним пропадают драгоценности молодой баронессы, что запускает цепь комических событий и недоразумений. Третья новелла, давшая название всей картине, посвящена истории героя, роль которого исполнил знаменитый французский комик Луи де Фюнес: он забирает старый фонарь себе и вешает над входом в собственный дом, что становится поводом для череды забавных ситуаций с соседями и случайными гостями. Картина была снята в рамках совместного производства Италии и Франции, что отразилось в сочетании итальянской легкости повествования и французской традиции тонкой сатиры на бытовые нравы. Режиссеры проекта, работавшие над каждой из новелл отдельно, сумели сохранить единое настроение всей ленты, несмотря на разрозненность сюжетных линий. Для поклонников творчества Луи де Фюнеса фильм представляет особый интерес, так как позволяет увидеть его в менее привычной для широкой аудитории роли, не ограниченной гротеском и комическими образами, к которым зрители привыкли по его другим работам. Жанровое сочетание комедии и драмы позволяет ленте балансировать между легким юмором, который не кажется натянутым, и серьезными размышлениями о том, как незначительные на первый взгляд предметы могут становиться центром человеческих драм. Каждая новелла имеет собственную законченную историю, но объединенные общим мотивом фонаря они создают целостное впечатление, которое остается с зрителем после просмотра. Фильм не получил широкой известности в советском и постсоветском прокате, но ценится ценителями классики европейского кинематографа 1960-х годов за оригинальную структуру и искренность подачи материала.