За пригоршню долларов (1964)

Маленький приграничный городок на границе США и Мексики давно превратился в зону, где действует не закон, а правила двух враждующих влиятельных кланов — Рохо и Бакстер. Семьи воюют за контроль над местной контрабандой, скотобойнями и любыми источниками дохода, не гнушаясь убийств, поджогов и пыток для достижения своих целей. В этот разрядный ад прибывает безымянный странник в поношенной шляпе, с сигаретой во рту и револьвером на поясе, который сразу заявляет о себе как о человеке, умеющем стрелять без промаха. Странник не присоединяется ни к одной из сторон сразу: он продает конфиденциальную информацию Рохо, помогая им устранять конкурентов, и в то же время передает сведения Бакстеру, провоцируя новые столкновения. Все местные жители догадываются, что у незнакомца есть собственный план, но никто не может понять, что он задумал на самом деле, пока его действия не начинают переворачивать ход всей разгорающейся войны с ног на голову. Этот фильм стал дебютом Sergio Leone в полнометражном кино и первой частью знаменитой «долларовой трилогии», которая перевернула представление о вестерне как жанре. Вместо романтизированных образов классических голливудских ковбоев Леоне предложил жесткий, стилизованный мир, где царит жестокость, а главный герой — не герой в белом, а циничный бродяга, который готов играть на чужой крови для достижения своих целей. Роль безымянного стрелка стала прорывной для Клинта Иствуда, который до этого был известен только по эпизодическим ролям в телесериалах, а музыка Эннио Морриконе с ее характерными звуками гитары, свиста и хора стала визитной карточкой всей франшизы. Съемки фильма проходили в испанском регионе Альмерия, где до сих пор сохранились декорации построенного для картины городка. Проект был создан в сотрудничестве продюсеров из Италии, Испании и Западной Германии, поэтому в нем сочетаются черты итальянского драматизма и стилизации, испанской аутентичности локаций и западногерманской технической оснащенности. Несмотря на то, что изначально фильм планировался как низкобюджетная картина для европейского проката, он стал неожиданным хитом, собрав в два раза больше бюджета только в Италии, и запустил целую волну спагетти-вестернов, которые доминировали в мировом прокате на протяжении второй половины 1960-х годов.